Спешу за гением Эллы Дерзай и рассказываю про одно из своих "вечерних платьев".

***

"Я уже на посадке. Не забудьте - сегодня в восемь. В Балчуге. Вы и Светлана." - мой прекрасноокий шеф положил трубку."

Мне не хотелось в Балчуг в восемь. Ничуть не хотелось. Но чтобы понять, почему я "подумала и стала кушать" т.бишь решила пойти, следует знать предысторию.

А предыстория по-гаденькому банальна. Нет-нет. Никаких мыльнооперных связей босс-подчинённый, никаких харрасметнов, оффенсов, абьюзов и ассолтов. На тот момент в любовницах босса ходила переводчица по имени Света - хорошенькая пепельная блонда лет на десять моложе меня. Шеф, изредка прибывая с европ и америк, нуждался в молодом женском теле. Собственно наличие Светы на ужине обуславливалось необходимостью сразу после встречи удовлетворить эту нужду.

Надо заметить, что Света находилась в моём прямом подчинении и, разумеется, считала себя всяко достойнее. И верно. Раз её выбрали для интиму, значит и с прочим она справится куда лучше, чем эта прокуренная старая сука в должности начальника отдела.




Девица была юна, настырна и полагала что "интимные отношения на топ-уровне" придают ей печать эксклюзивности, а также влекут за собой немедленный карьерный рост. Т.е. любовницей она стала месяца два назад и уже через месяц решила, что может меня подсидеть. Меня - с моим многолетним стажем...
Меня... Пережившую уже двух шефских жен и десятки таких вот пепельных юниц.

Подсидку девица начала с вульгарного стучания на меня и отдел. Потом девица совершила ряд стандартных ходов по "подсидке": ну там кое-где приврала, кое-где инфу утаила и сработала напрямую. Всякая такая лемминговая фигня.

Я её не боялась. Но, врать не стану, чуяла что вода она и камень точит и что ночная птичка дневную завсегда перепоёт. Посему, поглядев на творящиеся безобразия, сообразила, что время пресекать разврат пришло.

Для пресекания разврата у суки-меня в загашнике накопилось пара-тройка стандартных приёмов. Приемы эти оригинальностью не отличались, порядочностью, увы, тоже. Но мы сейчас про мой "ангельский" характер говорить не станем, а просто дальше разовьём ситуацию.

- Света, - елейно прошелестела я, - звонил уважаемый Какойт Какойтыч. Сегодня в Балчуге вечером ужин. Нам там следует быть.

Света была девушкой свежей и наивной, поэтому полагала что её "высокая" связь никому неизвестна. Т.е. ей казалось, что вот сидит тут старая дура и ничегошеньки не соображает. Просто так сидит. Джинсы старые протирает. Посему Света показательно равнодушно кивнула и спросила "а во сколько".

Я показательно добродушно пояснила, что в восемь.

- А в чём идти? - полюбопытствовала красавица.
- Как в чём? - удивилась я - Это же ужин. В платьях, значит.

Вообще, мысль про "платья" меня торкнула интуитивно. Т.е. я даже на какой-то момент сама поверила что полуделовой ужин в гостиничном кабаке - великосветское мероприятие. Но потом уже я поняла, что меня дёрнул за язык планктонный бес - весёлый господинчик в костюме, при галстуке и запонках. Господин бесжалостный и злой. Благоволящий стареющим стервам и карьеристкам.

- А у меня нет платья, - выпятила Света губки, готовясь всплакнуть.
- Плохо. Надо купить быстренько.
- А... У меня плохо с наличными, - совсем огорчилась красавица.
- Ну чтож теперь. Придётся заплатить кредиткой компании. Потом согласуем. Да.
- Дааа... - замялась она.

И тут я подлила маслица.

- Ну а что? Какойт Какойтыч вас ценит. Ну не откажет же он вам в таком пустяке. Всего то тыщи полторы долларов.

Светочка восхитительно заалела и её женская алчная натура засучила ручками.
В глазах её бликовал восторг от предвкушения гламурного события, от фантазий о себе - пепельной и воздушной в восхитительном вечернем платье. Она мечтала, что она вся такая прелестная будет бродить по роскошным залам, а какие-нибудь важные политики и олигархи станут вздыхать и завидовать её спутнику...


О! Мы с планктонным бесом знали что делаем. Шеф сейчас пил шампанское в боинге где-то над европами и позвонить ему Света никак не могла. И хорошо что не могла...

Светочка ликовала.

А мы с бесом перемигивались и хихикали. Почему? Да потому что скупость Какойт Какойтыча восхищала и потрясала нас уже давно. Скупость эта была просто фееричной, феноменальной, охренительной, убийственной. Выцыганить средства на бумагу для конторы порой равнялось восхождению на Эверест. Деловые ужины вообще доводили беднягу-босса почти до инсульта, поэтому во время таких вот ужинов он тщательно выбирал из меню самые дешевые блюда и следил, чтоб никто не превысил лимит в один салат и одну чашку чая.

Однако, пускать пыль в глаза таким вот светочкам Какойтыч был мастак. А чтоб не пустить, когда всякая недешевая "сувенирка" надаренная партнёрами без дела валялась в шкафу? Вот и радовались девочки пустяшным ручкам, часикам, портсигарам и блокнотикам, полагая что вся эта чушь изначально предназначалась им и только им. Шеф умело сопровождал акт дарения сувенирки фразой про "не хотел вас оскорбить банальным подарком вроде парфюма и украшений, поскольку вы женщина умная и неординарная" . После этого светочки наполнялись гордостью за свою "умность и неординарность и прижимали к спелым грудям дарёное, не замечая что "лошадь то без зубов".

Отвлеклась.

Так вот. Мы со Светочкой пошли за платьем. Я поглаживала пальцем краешек кредитки, припоминая строгое "не вздумай тратить без согласования" и чувствовала, что бес тоже тут, рядом. ЧТо он присел мне на плечо и ждёт развязки.

На Тверской нормальные магазины. А Светочка была девушкой хорошо сконфигурированной. Поэтому платье в пол цвета "горький шоколад" нашлось уже в третьем бутике. Светочка пошаталась туда-сюда, демонстрируя прекрасную талию, бедра и сиськи. Может она и хотела пробежаться по паре-другой шопов, но я сделала восхищённое лицо и одновременно показала на часы.

- Ещё надо к парикмахеру успеть. По-моему великолепно.
- Берём! - выдохнула Светочка. Шёлк или из чего там было сшито это полторытысячное безумие волнительнозаколыхался на её груди.
- Я тут подумала, - проговорил Бес моим голосом, - что Какойт Какойтыч ведь может и не согласовать. Всё таки непредвиденный расход. Надо бы позвонить. Нет. Дорого. Очень дорого. А если ругаться станет. Или еще хуже с работы выгонит. Нет. Не возьму наверное.

Бес говорил, сомневался, жестикулировал, качал головой. Светочка в ужасе смотрела на беса, думая что видит меня. Только что ей почти вручили сбывшуюся мечту о прекрасной жизни - золушкину сказку... И вот уже отбирают. И кто? Мерзкая дурында, которая не то что в коричневом шоколаде... в золоте выглядит как дурацкий самовар.

- Так. - В голосе Светочки появились дрожащие нотки. Не то командирша на бруствере - не то нищенка на паперти. - Вы не совсем понимаете текущую ситуацию.

Бес расхохотался, но шепотом. Я понимала. Ох как я понимала и ситуацию, и Светочку, и Светочкину бабскую тоску по брильянтам, шелкам и шубкам.

- В смысле? - недоуменно поправила очки я.
- Вы не понимаете. Какойт Какойтыч... - замялась на полвздоха... - Какойт не может мне НЕ СОГЛАСОВАТь. Вы, возможно, не в курсе но у нас с ним близкие отношения. Очень близкие. Вы осознаёте? Поэтому вопроса о том что он мне откажет, не существует. Также вы можете не беспокоиться за себя. Я улажу.

Ох. Как она чеканила это "не откажет, я улажу, согласует, близкие отношения"! Как гордо держала подбородок, словно птица -лебедь. Нет. Как волшебная шоколадная птица Победительница всех старых дур.

Мы с бесом изобразили изумление и восторг! Мы с бесом продемонстрировали ошеломление и зависть. Мы с бесом даже просто стали заикаться.

- Да? Ну тогдааа... может тогдааа.
- Поэтому я беру это платье. Оплатите. Сейчас же.

Возможно, если бы она произнесла "пожалуйста" мы бы застеснялись и передумали. Но Светочка приказала, повернулась к нам с бесом спиной и вплыла в примерочную чтобы снять платье. Она не взглянула на нас. Потому что решила что мы уничтожены, раздавлены и убиты.

Бес толкнул меня локтем под рёбра и я пошла к кассе.

Тысяча триста девяносто. Вот столько стоил горький шоколад. И столько у меня имелось. (перед отъездом шеф всегда кидал мне полторашку на корпоративную кредитку).

Светочка взяла хрустящий пакет и высокомерно кивнула в знак благодарности.

- Я в парикмахерскую. Встречаемся в Балчуге. Не опаздывайте.

Ну конечно не опоздаю. Боже! Как я обожаю этих пепельных блондинок двухмесячной выдержки! Доехав до конторы на метро, я тихонечко доделала кое-какие переводы, выпила кофе, плотно поужинала в макдаке и неспешно направилась к Балчугу. Бес подсказал мне задержаться минут на двадцать.

***

В зале было шумно, весело, буднично. "Мои" сидели за дальним столиком и я сразу же по лицу Какойтыча поняла, что мы с бесом попали точно в яблочко. Охреневшая Дива в Горьком Шоколаде жалась к пальме, старательно пряча неуместно голые плечи и байду в форме ананаса на башке. Вечерний макияж, явно несалонного происхождения, живенько контрастировал с уставшими мордами переговорщиков, включая мою. Света, разумеется, чуяла свою "невкассовость", но менять что либо было уже поздно. Когда Света наткнулась на мой искренне-изумлённый взгляд, когда услышала моё случайно-вырвавшееся "Светлана, да вы словно на приём вырядились", когда сообразила, что я и не удосужилась сменить джинсы с пиджаком на что-либо пафосное, она конечно сообразила что это подстава.

И что?

Она еще не знала что это не вся подстава.

Она не знала, что у меня в портфеле лежит служебная записка и счёт и даже не догадывалась, что одновременно с предупреждением Какойтыча "задерживаюсь пробки" я сообщила о "непредвиденных расходах, которые ваша подруга... ну да... конечно сама сказала... ну я думала вы в курсе... да нет... ну что вы никаких деталей... разумеется, я никому ни слова... конечно дура, но хорошенькая... тысяча триста девяноста... да долларов... ну не надо... ну хотелось девочке... какойтыч, прекращай... ладно тебе блин... конечно гнать в жопу, а я тебе сто раз говорила... ладно давай, я сейчас уже буду"

Она ещё не знала... Она ещё пробовала заискивающе улыбаться Какойтычу. Она еще норовила ухватить его ладонь под скатертью и пыталась держать лицо.

Поздно. При взгляде на "горький шоколад" глаза Какойтыча округлялись, а губы начинали шептать что-то похожее на "тыщатристадевяностохуеть".

Ужин благополучно закончился, и Какойтыч даже не посадил Светочку на такси.

***

Мы ехали домой. Шофер сначала завозил меня, потом шефа.

- Слушай. Ну ты же могла её отговорить! Ну это же безумие! Она сидела как какая-то девка по вызову. И деньги! Такие огромные деньги! Нет. Ты должна была ее отговорить.
- Слушай. Честно была уверена, что с твоего одобрения. Ну честно. - возмущалась я, - Даже и представить не могла, что ты не в курсе. Тем более, что она чуть ли не невестой себя позиционировала.
- Чего? - задохнулся шеф и потянулся открыть окно. - Гнать завтра же! Скажи чтоб писала по собственному желанию.
- Ладно. Жалко девчонку то как...

Бес чмокнул меня в ухо и исчез.


Света уволилась через неделю. В качестве бонуса ей остались приятные воспоминания, запись в трудовой, платье "горький шоколад"...

и ,надеюсь, с горсточку женской мудрости.